Бизнес Территория
Журнал о стратегии развития территории и бизнеса

Денежный мешок, управляемый хаос и ураганная смена элит

0
Один из ведущих экономистов России
о будущем страны и ее регионов

Олег Буклемишев имеет свою интересную и аргументированную точку зрения на политические и экономические процессы, происходящие в России. В эксклюзивном интервью нашему изданию он ответил на многие каверзные вопросы. Как регионам, бизнесу и каждому человеку добиться успеха в существующих политических и экономических условиях и как они изменятся в ближайшее время? Отменят ли свободное хождение иностранных валют и начнется ли очередная кампания по смене губернаторов?

Справка

Олег Буклемишев – президент Ассоциации независимых центров экономического анализа (АНЦЭА), кандидат экономических наук, заместитель декана экономического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова, директор Центра исследования экономической политики. Олег Буклемишев работал в правительстве Михаила Касьянова, а также был начальником отдела международных финансовых рынков Минфина РФ.

«Управлять Россией из одного центра невозможно»

– Уважаемый Олег Витальевич, все больше экспертов открыто говорят о том, что в России назрела очередная реформа муниципального образования. Лишенные многих полномочий и большей части налогов, муниципалитеты и особенно крупные города не могут развиваться. О том, что нужно преодолеть «разрыв» между государственной и муниципальной властью, недавно сказал президент России Владимир Путин. Как вы думаете, стоит ли ждать новой реформы?

– С моей точки зрения, необходимость децентрализации системы управления становится все более острой и актуальной в силу целого ряда причин. Когда перед страной стояли серьезные экономические проблемы, бывший президент России Борис Ельцин сказал регионам: «Берите суверенитета сколько хотите». Сейчас происходит похожая история: налоговая база в стране съеживается, управлять всем из центра становится все труднее. У власти есть понимание, что сигналы сверху до низов не доходят, поэтому нужно что-­то менять в самой системе. В экономической теории известен принцип субсидиарности, согласно которому все проблемы должны решаться на минимально необходимом для этого уровне. То есть все вопросы, которые могут эффективно решаться на местах, должны находиться в компетенции муниципальных органов как наиболее близких к населению.

У нас в России, наоборот, проблемы решаются на один­-два уровня выше, чем это действительно необходимо. Одним из принципов нынешней политики является восходящий механизм передачи средств: центр забирает деньги и полномочия у регионов и затем распределяет трансферты, а субъекты федерации в ответ поступают так же с муниципалитетами. Это особенно очевидно на примере мегаполисов.

Например, Тверь – это примерно треть населения области, но столице региона достается намного меньше трети его консолидированного бюджета. И такая же проблема везде. Особенно от такой политики страдают крупные города. А ведь именно мегаполисы – это сосредоточие экономики, в первую очередь постиндустриальной. В современном мире задачи развития экономики решает не большой завод, а совокупность самых разных взаимодействующих между собой бизнесов.

– Когда в России произойдет реформа системы государственного и муниципального управления?

– Я думаю, что большой реформы ждать пока не стоит. Речь идет об очень серьезном действии, которое затрагивает десятки институтов управления и миллионы людей. Предполагаю, что сначала часть денег и полномочий вернут регионам, а они, в свою очередь, что-­то отдадут муниципалитетам. Этот процесс неизбежен. Управлять Россией из одного центра невозможно.

Копить деньги или решать проблемы

– По данным Минфина РФ, объем Фонда национального благосостояния (ФНБ) на конец 2019 года увеличится и составит 8,172 трлн рублей. Вы не раз говорили о том, что политика накопительства ошибочна. Что вы предлагаете сделать с этими колоссальными ресурсами, которые сейчас размещены в ценных бумагах других государств?

– Сейчас ФНБ составляет почти 10% от ВВП страны. В основном он вложен в облигации развитых стран, с каждым годом все больше вкладываются в юани и китайские ценные бумаги. Мы помогаем зарубежным государствам финансировать их бюджетный дефицит, но зарабатываем на этом менее одного процента годовых. По вложениям в евро из­за отрицательной доходности мы даже теряем деньги.

Копить дальше абсолютно бессмысленно, поскольку фонд национального благосостояния уже покрывает и государственный, и корпоративный внешний долг. Для всех разумных угроз мы уже создали достаточную подушку безопасности. Огромный денежный мешок при наличии таких зияющих проблем в стране – колоссальное политическое противоречие. А часть денег просто болтается на транзитных счетах казначейства (на 1 октября – 14 трлн рублей, 75% расходной части бюджета!). В федеральном бюджете 2020 года один из немаленьких источников дохода (100 млрд рублей) – это проценты на вложенные бюджетные средства. Я уже не говорю об эффективности расходования бюджетных денег, государство даже не может вовремя их потратить! Пора решить: вы продолжаете бессмысленное скопидомство или всерьез занимаетесь решением проблем, которые накопились в государстве.

– Какие проблемы, на ваш взгляд, необходимо решить?

– Преодоление бедности и неравенства, развитие социального сектора, обновление инфраструктуры, вывод на новый уровень науки. Задач в стране очень-­очень много.

– Есть ли в нашей стране интеллектуальные и технологические ресурсы, чтобы взять эти деньги и эффективно воплотить их в проекты?

 – Да, это не очень просто. Но государство как раз и существует для того, чтобы формировать эффективную экономическую политику, а не набивать мешки деньгами. С моей точки зрения, у нас есть все возможности для решения существующих проблем.

– Сейчас на 40 млрд рублей из Фонда национального благосостояния претендуют РЖД и «Почта России». Они хотят обновить транспортную и почтовую инфраструктуру. Нет опасения, что огромные средства просто освоят крупные госкорпорации?

– Инфраструктуру обновлять необходимо. Например, Россия может предложить действенные сухопутную и морскую альтернативы доставке грузов между АТР и Европой через Суэцкий канал. Конечно, риски существуют. Создание и реализация таких проектов – дело непростое. Это гораздо сложнее, чем просто купить облигации и сидеть на них.

«Лучше ничего не делать, чем рисковать»

– Одна из главных надежд оживления России – это национальные проекты. Как вы думаете, насколько они будут эффективны?

– Объем финансирования нацпроектов на пять лет должен составить 25,7 трлн рублей. Объем ВВП России за это время – 760 трлн рублей. На нацпроекты придется всего три процента с небольшим. Я думаю, что раздутые ожидания не оправдаются. Более того, если вы посмотрите недавний отчет Счетной палаты РФ по расходованию бюджета, то увидите, что почти половина средств, направленных на нацпроекты в этом году, на 1 октября не израсходована.

– Почему регионы не берут эти средства, ведь для них это дополнительные возможности?

– Контроль за ними ужесточен до абсурда, и управленцы в регионах боятся брать на себя какие бы то ни было дополнительные риски. Чиновники очень хорошо понимают, что в нынешних условиях любой сбой, который даже может не зависеть от тебя самого, может обернуться боком. Ты можешь стать виноватым в нецелевом расходовании средств, низкой результативности, плохой отчетности и т.д. Поэтому люди стараются «проложиться» до последнего. «Лучше ничего не делать, чем рисковать» – этой логики придерживаются все: от губернатора до самого мелкого чиновника.

– В 2022 году состоятся выборы в Государственную думу РФ. Могут ли в 2020 году досрочно снять губернатора в Тверской области и руководителей других субъектов, где региональные выборы совпадают по срокам с федеральными?

– Я не думаю, что будет какая-то кампания по смене губернаторов. Предыдущий опыт показывает, что происходит смена шила на мыло. Поменять качество управления резко во всей стране, меняя губернаторов, не получится. Скамейка способных управленцев в стране и так коротка. Найти хорошего кандидата на пост губернатора сейчас очень сложно, мало кто хочет занять подобный пост.

Помните, у нас недавно была тенденция назначать на губернаторские посты технократов? На мой взгляд, из этой затеи ничего не получилось. Никаких особых технократических достижений нет, а часто многие новшества местными элитами отвергаются как нечто чужеродное.

Управлять хаосом в ручном режиме

– Количество россиян, занятых в среднем и малом предпринимательстве, сокращается. Переломить этот тренд государство хочет с помощью обновления институтов господдержки. Сейчас по всей России, в том числе в Тверской области, открываются центры поддержки предпринимательства «Мой бизнес». Насколько они, на ваш взгляд, могут быть эффективны?

 – Все зависит от качества регионального менеджмента. Как говорится, каков поп, таков и приход. Каков губернатор и его команда, таковы и результаты. Я видел удачные и неудачные примеры реализации подобных проектов. Работу таких центров поддержки можно организовать на высшем уровне. Только я уверен, что они принципиально не изменят ситуацию, которая сложилась в экономике страны.

– То есть предпринимательский климат качественно в стране не изменится?

– На мой взгляд, бизнес сам виноват в том положении, в котором он оказался. Он сам сдал ключи влияния на происходящее в стране, отказавшись от организованного влияния на политические процессы. Но возможности для создания и развития бизнеса есть всегда. Наш народ очень талантливый и предприимчивый. Я лишний раз снимаю шляпу перед теми людьми, которым удается что­-то делать в условиях, когда невозможно управлять рисками, которые создает само государство.

Речь идет о непредсказуемости политики и регуляторной среды, которая несет два одновременных заряда. Ты, как предприниматель, можешь в любом случае ошибиться. У властей есть интерес в том, чтобы регуляторная среда оставалась максимально неопределенной, и регуляторная гильотина, о которой так много сейчас говорят, мало что изменит. Государство хочет управлять хаосом в ручном режиме. С одной стороны, позитив: даются различные льготы, создаются центры поддержки и прочее. С другой стороны, происходит управление через негатив и в ход идут различные регуляторные ограничения, которых очень­очень много.

– Почему, на ваш взгляд, «регуляторная гильотина», направленная на упрощение регуляторных механизмов, не принесет результатов?

– В экономике есть закон Гудхарта. Он говорит о том, что, как только какой-­то параметр становится контрольным, целевым, он сразу перестает вести себя нормально. Им начинают управлять, манипулировать. Мы видели это много раз, в том числе на примере повышения зарплат по майским указам президента и в быстром продвижении по ступенькам рейтинга Doing Business. Понятно, что человек, которым управляют сверху и который не хочет или не может добиться поставленных целей, начинает искажать статистику, переводить одну категорию в другую и т.д. В итоге параметры перестают отражать реальность и теряется сам смысл поставленной задачи.

Бизнес бегает за региональными преференциями

– Вы упомянули многочисленные льготы для бизнеса. Одна из стратегий регионов, в том числе Тверской области, предоставлять бизнесу как можно больше различных льгот и преференций. Насколько эта стратегия выигрышна?

– Налоговая конкуренция между регионами может быть благотворна для экономики, а может создавать плохие эффекты. Многие крупные бизнесы открыто говорят: «Кто мне больше различных льгот предоставит, там я и открою свое производство». И регионы вынуждены под это подстраиваться, предлагать максимальную скидку по налогу на прибыль и другие льготы. В итоге бизнес получает все, а регион в результате такой конкуренции – минимум того, что он мог бы получить.

– Как государству изменить эту ситуацию?

– Во-­первых, уменьшить количество льгот, которые существуют. Я считаю, что стремление власти предоставлять большое количество разнообразных льгот проистекает оттого, что она не способна создать благоприятный климат для всех. Поэтому начинается выдача в ручном режиме налоговых льгот важным, крупным, стратегическим проектам. И это приводит к двум последствиям. Первое – у вас никто пальцем не пошевелит, пока не получит все возможные льготы. Второе – бизнес перестает заниматься экономикой проекта и начинает бегать за различными преференциями. Сейчас эффективность проекта повышается не за счет его внутренней экономики, а за счет хождения по госорганам и выбивания различных льгот. Я полагаю, что это очень шаткая конструкция и она рано или поздно должна обрушиться.

Еще один важный момент. Нужно уходить от упрощенной системы налогообложения и других спецрежимов. Сейчас в одной экономике функционируют бизнесы, в которых налоговое бремя может отличаться на десятки процентных пунктов. Это создает колоссальные возможности для ухода от налогов.

«Яндекс» важнее, чем «Газпром»

– Настоящее и будущее экономики – высокотехнологичные компании. Как в России создать условия для их формирования и развития?

– Небольшим IT-­компаниям не нужны различные льготы. Они будут работать в той стране, где им наиболее комфортно. Сейчас гении, которые разрабатывают передовые технологии, могут сбросить свою разработку на облако и легко вывести ее в другую страну. Людям должно комфортно жить и работать в России. Бизнес в неволе не размножается.

При этом пример «Яндекса» показывает, что крупный технологический бизнес имеет огромные возможности формирования конкурентной среды вокруг себя и создания фактической монополии в самых разных секторах экономики. Это проблема технологических платформ, с которой сталкиваются все государства мира.

Ее нужно открыто обсуждать, а не кулуарно принимать кривые решения, как это происходит в России. Мы живем в новой технологической реальности. В ней нужно по­другому решать технологические, конкурентные, инфраструктурные, стратегические вопросы. В этом смысле инфраструктура «Яндекса» сегодня важнее инфраструктуры «Газпрома». «Газпром» занимается одним делом, а «Яндекс» имеет десятки бизнесов в самых разных нишах.

– Умы наших законодателей заняты другим вопросом. В Государственной думе РФ предлагают отказаться от плавающего курса рубля и рассмотреть вопрос его госрегулирования. Не приведет ли это к тому, что у простых россиян и бизнеса изымут их валютные накопления?

– В экономической теории есть такое понятие, как «невозможная трилемма», согласно которой есть три экономических блага. Первое – независимая денежно­кредитная политика. Второе – свободное движение капитала. Третье – фиксированный валютный курс (да, фиксированный курс – это благо, поскольку устраняет валютные риски).

Но все три блага вместе невозможны. Государству необходимо отказаться от чего­-то одного. По­видимому, отказываться от собственной денежно­кредитной политики никто не планирует. Значит, отказ от плавающего курса в пользу фиксированного приведет к капитальным ограничениям, то есть принятие данного законопроекта может привести к запрету хождения иностранных валют на территории России.

Посмотрите, законопроект о запрете иностранного владения технологическими компаниями стал впечатляющим сигналом, обрушив капитализацию «Яндекса». Законопроект о фиксированном курсе рубля на рынки пока не повлиял. Но тем не менее он показывает состояние умов депутатов и подтверждает тот факт, что они плохо понимают происходящее в экономике и почти ничему не научились за прошедшие 20 лет.

Все же я считаю, что данная инициатива не будет принята. Пока это голый популизм, но сам сигнал очень неприятный. Знаете, что меня больше всего тревожит в этой ситуации? Нарастающая архаизация всего происходящего в нашей стране. Мне не нравится господство архаичных ценностей и стремление затянуть народ в непонятное прошлое. Кому­то приятнее жить в старой знакомой пещере, чем в новом настоящем. Но зачем же других тянуть в эту пещеру?

Государство должно ослабеть

– Когда в России начнется разгосударствление экономики?

– Совсем скоро мы ждем старта новой приватизации. Она будет дешевая и доступная, но только для своих. Мы получим частную экономику, которая устроена не совсем так, как частная экономика в европейских странах. Один из моих любимых авторов Андрей Пионтковский как­то сказал, что в 1990­е годы был изобретен метод перманентной приватизации. Компании приватизируются за бесценок, но, когда у владельцев начинаются проблемы, государство помогает им за счет средств налогоплательщиков. Этот цикл будет бесконечно продолжаться, если не отделить государство от бизнеса.

– Как это сделать?

– Во­первых, для этого независимый бизнес должен осознать свои интересы и начать целенаправленно на них работать. Во­вторых, должно ослабеть государство. Главная идеология нынешней элиты – это идеология тотального контроля. Они хотят контролировать все. Но с моей точки зрения, государство ослабевает в своей возможности воздействовать на происходящее.

Как пробиться наверх

– Будет ли в России смена политической и экономической элиты, учитывая, что скоро выборы в Государственную думу и президента РФ?

– Периодически смена элит в России происходит. Но не как в других странах, а ураганным способом, на переломе. На мой взгляд, такой перелом сейчас назревает. Сломаны социальные лифты, которые раньше работали. Радикальными переменами в конце 1980­х – начале 1990­х годов была снесена значительная часть советской элиты и появилась новая. В это десятилетие люди, которые обладали умом и желанием работать, могли чего-­то добиться без лицемерия или кумовства. Но сейчас старые принципы советской карьеры снова заработали. Чтобы молодому поколению пробиться наверх в любой сфере деятельности, нужно делать что-то совсем новое и невероятно хорошее, которое на порядок лучше того, что делают другие, или, напротив, что-­то очень гадкое. Я имею в виду подсиживание, лизоблюдство и расталкивание конкурентов локтями.

Не играйте в очко с государством

– Сейчас много говорится о государственно­частном партнерстве. В каких случаях бизнесу стоит соглашаться на сотрудничество
с государством?

– Известный автор Лев Разгон писал, что с советской властью нельзя играть в азартные игры. Или у нее будет 21, или правила будут изменены по ходу дела так, что выиграют ровно те карты, которые попали на руки государству. В России есть позитивные и негативные примеры государственно­частного партнерства. В любой сделке, где взаимодействуют равноправные спрос и предложение, существует равновесная цена, от которой выигрывают все, поскольку производится максимальное количество благ по минимальной цене. Но для этого вес контрагентов должен быть примерно одинаковым. Аналогично, когда государство и бизнес говорят друг с другом на равных, получается качественное государственно­частное партнерство. В других случаях центр тяжести смещен в сторону государства или в сторону бизнеса, и тогда общественный или частный интерес страдает.

«Мир будет жить при стагнирующей экономике»

– Что ждет российскую экономику в ближайшие годы – стагнация или все­таки небольшой рост?

– Я считаю, что наша экономика в лучшем случае будет стагнировать вместе с мировой, а в худшем – уйдет в минус. В 2018 году был рост ВВП на 2,3%. Многие эксперты считают, что это не отражает реальности и Росстат что-­то нахимичил. На 2020 год ожидается рост на 1,7%, а в 2021 году – свыше 3%, но мне не кажется это реалистичным. При этом мировая экономика растет свыше 3% в год. Иными словами, за последние 10 лет мы отстаем от мира на целых 20%.

Но рост ВВП – это не самое главное. Есть такая замечательная страна Япония, в которой на протяжении 20 лет ВВП растет не более чем на 1% в год. Один из японских профессоров сказал, что экономический рост – это то, насколько вы хотите улучшать свою жизнь. Япония достигла той точки развития, когда расти дальше очень трудно. Куда улучшать жизнь, если она и так хороша?

Вполне возможно, что, когда население планеты перестанет увеличиваться (как сейчас в Японии), весь мир начнет жить в стагнирующей экономике.

– Как незначительный рост экономики скажется на России?

– В России есть узкая прослойка очень богатых людей, немногочисленный средний класс. Они чувствуют себя по­разному и зависят от разных экономических процессов. А в целом население России живет небогато, занимается выживанием и мечтает хотя бы чуть­чуть улучшить свою жизнь. Чем меньше экономический рост, тем меньше шансов этого добиться.

Беседовал
Андрей Сабынин

Вам также могут понравиться

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.